Силин

Для меня главное — резонанс и импульс. Резонанс, чтобы я был в сонастройке с пространством, с ситуацией. И импульс, который возникает, когда резонансы совпадают. Если я реализую этот импульс к действию ― это для меня главное. А в моей музыке больше знания, чем во всех моих книгах.

   

   С чего все началось в вашем музыкальном проекте DUO ZIKR?

Изначально, если совсем изначально, у нас театр голоса, поскольку мы с Олей, моей партнершей по дуэту — театральные люди…
Все началось в 90-х годах с того, что мы спели вдвоем несостоявшийся, по причине того что нас оставил спонсор, спектакль. Все разбежались, кроме Оли, и мы с ней вдвоем полтора часа пели. С этого начинается неформальная история нашего дуэта. Воины духа, наверное, были в нас, потому что мы не сломались, не бросили, а возвели на этих развалинах наше искусство. Тогда это было так: два человека, два стула — и всё. И мы начали ездить, нас стали звать друзья в разные города петь, и только потом это стало обрастать всяким…
А формально… В сорок девять лет я впервые вышел на профессиональную сцену вместе со своей партнершей Ольгой Ткаченко в качестве певца. А через пять лет в Италии мы получили высший бал за вокал на закрытом профессиональном фестивале. Потом мы объездили полмира, мы пели в Нью-Йорке на Бродвее, мы пели в Гонконге. В Австралии. В Иерусалиме. В Париже. В Берлине… 

   В чем уникальность и особенность Duo Zikr в сравнении с современной музыкой?

Уникальность «Зикра» в его особой манере исполнения, а именно в технике вибрационного голосоведения, — звук зарождается внутри тела и через телесные резонаторы и вибрации выходит в пение специфическим тембром. Все дело в особой технике голосоведения, которую мы породили, смешав камерный и классический вокал, а также архаические техники разных народов: от славянского радения до тибетского горлового пения. Но слов там нет. Язык ― это конвенция, а мне за словами интересно.
Следующая уникальность – мы дуэт, который выходит на сцену и прямо на ней рождает свою музыку, потому что то, как наши композиции будут звучать, каждый раз не известно ни нам, ни слушателям.

   Где истоки столь необычной формы творчества?

Меня очень интересует и всегда интересовало искусство: театр, музыка, живопись, литература, скульптура, — любое искусство как факт человеческой жизни. Я впитывал это в себя с детства. О чем это? Какое это имеет отношение к жизни? Это я сейчас рационально говорю, а на самом деле это все эмоционально было. Музыка, особенно симфоническая. Я иногда дома, когда был один, ставил какую-нибудь симфонию, включал на полную громкость, и, кроме того что я получал удовольствие ушами, я получал удовольствие всем телом. У меня вибрировали вместе с музыкой все клеточки тела, а уж когда начинался финал, это уже была такая эротика, такое чувственное наслаждение, что убогость человеческих чувств не могла меня устроить. Мне хотелось музыки и там. Но я тогда не знал, как это может быть и возможно ли это.

   Но почему именно вокал, без инструментов, импровизация без нот?

Всю жизнь интересовался человеческим голосом. Собирал записи разных голосов, слушал, пытался изучить различные техники голосоведения. Почему тувинские монахи издают именно такие звуки? А что такое тувинское пение? А славянское причитание?
Моя бабушка была плакальщицей. Ее приглашали на похороны. И я сам, если будет надо, смогу причитать. Может, не так, как бабушка. Но я всегда был внимателен к звуками. Из архаических систем пения мне удалось извлечь вибрационную технику голосоведения. И я понял, что они заключают в себе нечто, совершенно противоположное тому посылу, к которому мы привыкли. В основе — очень интересный эффект. Можно поднести зажженную свечу к губам, и она не будет от пения колыхаться. Звук не выбрасывается наружу. Это как в архаическом причитании — звук несет посыл, противоположный тому, что мы привыкли от причитания ждать. Он несет не боль, а исцеление, он проходит через все тело, и клетки резонируют, а голосовые связки никогда не устают. Он не гасит и даже не колеблет огонь свечи. Он лечит. Звучит от слабости, но рождает в себе силу. Так же и я… В слабости — сила. А в моей музыке больше знания, чем во всех моих книгах.

Воспоминание из детства: мы с бабушкой идем на кладбище. Станция Уторгош, Новгородская область. Моя бабушка — маленькая, но крепкая, всю жизнь проработала на железной дороге. Приближаемся к могиле чьей-то родственницы, и вдруг моя бабушка взлетает в воздух, пролетает три метра, падает на могилу и нечеловеческим… просто не-че-ло-ве-че-ским голосом начинает причитать. Я от страха залез на дерево… И до нее так делали жрицы, шаманы. Это — обращение к потустороннему миру, к душе, к самому себе.
«DUO ZIKR» много пел в католических соборах. Мы приходили, получали разрешение пастора и устраивали там настоящий концерт. Католическая церковь — самая художественная в этом смысле. А в православных храмах не разрешают… Если бы люди умели плакать и смеяться… Если бы в каждой деревне был свой священник, монах, шаман… Они бы им помогли найти внутренние силы при том, что внешние обстоятельства остались бы неизменными. Я в этом убежден. Люди умеют находить в себе внутренние силы. А я умею помочь им это сделать. Любому, кто этого захочет.

   Что музыка Zikr’а дает слушателю?

Музыка Duo Zikr дает слушателям то, что они возьмут. Люди пишут отзывы о том, что это затронуло их глубокий эмоционально-чувственный мир. И поэтому, хотя вначале нам предсказывали, что публика у нас будет какая-то специальная, элитная и так далее, — это не так. За эти годы мы увидели, что публика самая разнообразная — разных образовательных, социальных, национальных, религиозных конфессий. И в числе наших фанатов помимо людей среднего возраста, есть и дети 3-10 лет, и бабушки в возрасте 65 лет. И дедушки, конечно.

   И как люди воспринимают ваше пение? Это ведь не классический вокал, не эстрада, не народная музыка…

Мы много ездили по миру, и везде нам говорили: «Ну, прямо как у нас». Я помню, в Тунисе к нам подошла женщина и рассказала: «Моя сестра живет в оазисе, они так же поют». Когда мы однажды пели для дипломатического корпуса, подходили культурные атташе разных стран и говорили: «Точно как у нас народное пение». То есть мы используем архаическое пение, и люди слышат отголоски чего-то родного и слушают. Мы учились. После того как сложился дуэт, мы еще пять лет занимались под руководством профессионального педагога классическим вокалом, камерным. При этом мы используем специальную технику для управления своей внутренней энергией, за счет чего создаем резонанс между собой и со зрительным залом, и музыка рождается прямо на сцене. А так мы пели в очень разных местах. И везде всем было понятно… Хотя понимать-то тут, строго говоря, нечего. Но переживание… Душой всем было понятно.

   Вы причисляете себя к классическим профессиональным вокальным дуэтам?

Когда-то, в самом начале «карьеры» дуэта, мы поехали в Италию, на закрытый профессиональный музыкальный фестиваль на родине Леонардо да Винчи. Там были только композиторы, музыканты, музыкальные критики и продюсеры, зрителей не было, происходило все в церкви. И пели мы не свою музыку, жуткий авангард под кордепиано, инструмент, который придумал наш знакомый. А мы пели с листа текст один: слово «любовь» на многих, многих языках, потом слово «земля» на многих языках. Такая совершенно концептуальная идея. И вместо нот были черточки, означающие подъемы и спады. Этого никто не мог спеть, кроме нас, и поэтому композитор нас позвал. И когда мы на этом фестивале получили высший балл за вокал, мы успокоились. Так что мы поем профессионально.
Осталась одна проблема, что мы — вечный неформат. Поэтому мы сами с помощью друзей издаем диски, записи наши. Их уже довольно много. Организуем концерты сами. Ну что делать? Неформат.
Однако несмотря на это уже более 25 лет поем. И узнаваемы. От Гонконга до Нью-Йорка, от Петербурга до Сиднея… Такая вот история с нашей музыкой.

   Пробовали сотрудничать с другими музыкантами?

Мы пробовали разное. Пели с джазистами, с рокерами, под классический рояль… Когда появился секстет «Голос огня», было принято решение, чтобы они пели по нотам, но нашу музыку, пока не научатся импровизировать, но уже вшестером. И они сделали это. И оказалось очень интересно и нам и залу услышать «DUO ZIKR» в такой версии, когда мы с Олей продолжаем импровизировать, а «Голос огня» поет по нотам. И потихонечку они тоже начинают импровизировать, осваивая техники саморегуляции, резонанса и технику голосоведения, которой мы пользуемся. А что касается оркестра… Какой вокалист не мечтает спеть с симфоническим оркестром. Это же просто символ какой-то. И мы спели.

   Расскажите о вашем знакомстве с Сергеем Курёхиным.

Познакомились мы с Сергеем в 1992 году, после чего стали плотно общаться. Много разговаривали о музыке, о жизни, о людях, иногда спорили, но всегда нам было очень хорошо вместе. Он был очень образованный человек во всех смыслах – и при этом мог как угодно играть словами и нотами. Кроме того, он фантастический пианист. Пару раз он приходил ко мне домой, и мы вместе музицировали – Сергей играл на фортепиано, а я пел в стиле Zikr’a. Я до сих пор его вспоминаю, наше общение, в первую очередь, было человеческое, интересное, творческое и по существу. У нас было совместное принятие друг друга и в дальнейшем много совместных проектов. Самое странное, что говорил Курёхин: «Я не верю, что люди могут прийти и слушать музыку два часа подряд». Но когда он пришел на наш концерт – Duo Zikr – то был удивлен тем, что, оказывается, такое возможно.

   C каким настроением приходить на концерты Duo Zikr?

Надо приходить открытыми, для того чтобы впустить в себя это. И только потом начинать судить и рядить, потому что ухо у многих не привыкло к безнотной музыке, свободному вокалу и так далее. Если человек не пытается рационально воспринимать, а просто открыт и душевен, эмоционально реагирует – все будет замечательно. Он не пожалеет о том, что пришел!

[DUO ZIKRтеатр вокальных импровизаций Игоря Силина и Ольги Ткаченко. В своем творчестве Игорь и Ольга используют уникальное сочетание вокальных приемов, среди которых классическая вокальная техника (камерный вокал), народный европейский и восточный вокал: православное радение, тувинское горловое и суфийское пение, тибетская мантровая музыка, индийская рага и др. Самобытное творчество DUO ZIKR свободно от каких-либо жанровых стереотипов. В композициях дуэта можно увидеть разнообразие направлений: от классической музыки и этнических напевов до современного фри-джаза и модных клубных форматов.

За двадцатипятилетнюю историю дуэта вокалисты побывали с концертами во многих странах, среди них Великобритания, США, Германия, Италия, Франция, Австралия, Израиль, Венгрия и другие. В частности, DUO ZIKR выступали в ливерпульском клубе Cavern Club, где давали свои первые концерты легендарные The Beatles, а также на Бродвее в Merkin Concert Hall. Помимо сольных концертов дуэта за границей, Ольга и Игорь принимали участие в различных музыкальных фестивалях: первым таким опытом для вокалистов стал фестиваль независимой музыки в Германии Berlin Independence Days (1994), где они выступали вместе с Сергеем Курехиным, Всеволодом Гаккелем, Александром Ляпиным и Фрэнком Лондоном. DUO ZIKR – постоянные гости таких крупных форумов, как MANIFESTI в Финляндии, MEDIAWAVE в Венгрии, ITF в Тунисе, Фестиваль Новой Музыки «Читта де Кастелло» в Италии и других. Дуэт четыре раза был представлен на международном рынке звукозаписи и музыки MIDEM: дважды в Каннах, а также в Барселоне и Гонконге.

Вокальные импровизации DUO ZIKR привлекают многих именитых музыкантов и людей других творческих профессий, с которыми артистов связывают совместные проекты. Среди них мастер игры на дудуке Дживан Гаспарян, всемирно известная глухая перкуссионистка, кавалерственная дама Ордена Британской Империи и обладательница «Грэмми» Эвелин Гленни (работала с Bjork), знаменитый фри-джазовый саксофонист Джордж Хаслам, а также Борис Гребенщиков, Сергей «Чиж» Чиграков, Сергей Курёхин, композитор и саундпродюсер Андрей Самсонов (работал с Марком Алмондом, Ником Кейвом, Бликсой Баргельдом, Земфирой и др.) и многие другие.

Музыка альбома «Premonitions of a Shooting Star» («Предчувствия Падающей Звезды») стала саундтреком к фильму Сергея Дебижева «India in Real Time» из серии его картин о мировых культурах и религиях. Отчасти благодаря аранжировкам этой пластинки DUO ZIKR иногда сравнивают с легендарным австралийским дуэтом Dead Can Dance.

Три альбома DUO ZIKR вышли на виниле на фирме «Мелодия», причем один из них стал последней пластинкой, выпущенной знаменитым советским лейблом. Всего в активе дуэта сейчас 29 полноформатных альбомов, не считая концертных. Альбомы DUO ZIKR можно найти, послушать и приобрести на всех крупных международных музыкальных площадках: iTunes, Napster, Spotify, Amazon, Google Play.

Один из музыкальных клипов – «Дорога в Катманду» – был сделан под руководством Федора Бондарчука в 1997 году и транслировался на телеканалах Муз-ТВ и ТВ-6. В 1998 году этот ролик был удостоен премии фестиваля «Поколение» в категории «Графика».

Первые оригинальные сценические костюмы DUO ZIKR сделал известный кутюрье Вячеслав Зайцев. По его словам, от пения Силина и Ткаченко «возникают ассоциации, идущие от первобытности, когда не было определенного звучания голоса, когда не было определенной гаммы, когда голос повторял шум воды, листвы, раскаты грома…»

Пришедшие на одно из выступлений Ольги Ткаченко и Игоря Силина Мстислав Ростропович и Галина Вишневская были поражены вокальными импровизациями дуэта. По окончании концерта участники получили «благословение» великих музыкантов: «Вы должны быть готовы к тому, что найдутся люди, которые будут над вами смеяться, говорить, что это вообще не музыка. Если вы готовы это выдержать, если вы верите в то, что делаете, то давайте – вперед!»

DUO ZIKR запатентовал свою музыкальную технику и регулярно проводит обучение по этой методике в созданной дуэтом «Школе вибрационного пения». Уже десять лет существует и успешно гастролирует профессиональный коллектив воспитанников DUO ZIKR – Театр «Голос огня», руководителями которого являются Ольга Ткаченко и Игорь Силин. «Голос огня» сформирован из певцов с базовым консерваторским образованием и обучен авторской технике голосоведения DUO ZIKR.]


   «Что это было такое — не вполне понятно. Был очевиден религиозный характер гудящих песнопений Силина, объявленных под названиями Храм и Медитация. Впрочем, одновременно присутствовало и земное начало, подтверждением тому стало первое отделение — Стихия огня. Казалось, что четыре частные вокальные импровизации, озаглавленные Битва, Жизнь, Очищение, Вознесение, объединяют духовное и физическое в одной продолжительной программе.

Как американский музыкальный критик, обладающий, по крайней мере, сносными знаниями во всех областях мировой и этнической музыки, включая русскую и восточноевропейскую, я различил все узнаваемые стили, которые, как мне казалось, проходят сквозь музыку «Zikr». Но тот факт, что я не смог с уверенностью сказать в каждый отдельный момент, что это за стили, делает еще большую честь этой оригинальной чистоте человеческого голоса без слов, которая свойственна «Zikr».

Больше всего это напоминает двух соревнующихся певцов в стиле scat. Scat — это вокальная джазовая техника, применяемая такими крупными джазовыми певцами, как Сара Вон, в этом стиле исполнители вместо песенного текста произносят набор произвольных, бессмысленных слогов. Но разница в том, что «Zikr» делает тоже самое мелодически. Если джазмены располагают, по крайней мере, песенным контекстом, в котором они импровизируют, то «Zikr» словно создает мелодию песни, которая рождается вместе со звуками голоса.

Но кроме динамичной импровизации, заставляющей слушателя испытывать уникальные переживания, открывается другая сторона «Zikr». Это ошеломляющее притяжение страсти в самих голосах и манере исполнения вокалистов.

Замечательно, что Ткаченко и Силин пели раздельно каждый в своем индивидуальном мире, и, в то-же время, вместе — как дуэт. Каждый из певцов двигался своим собственным путем, но при этом постоянно соприкасался с вокальной линией партнера: они сознательно опирались на высказывания друг друга, возникающие из некой сокровенной глубины, и продолжали их.

Сейчас, оглядываясь назад, я думаю, что было самым необычным в «Zikr»? — это отображение самых изначальных и в тоже время самых сложных человеческих взаимоотношений: — между мужчиной и женщиной как раздельных, но равных частей одного целого.»

Джим Бессман, специальный корреспондент журнала Биллборд, (Нью-Йорк, США)

 

Фестивали

  • BID, г. Берлин, Германия;
  • РОЖДЕСТВЕНСКИЕ ВСТРЕЧИ В СЕВЕРНОЙ ПАЛЬМИРЕ, г. Санкт-Петербург, Россия;
  • MANIFECTI, г. Турку, Финляндия;
  • MEDIAWAVE, г. Дьер, Венгрия;
  • ITF, г. Монастир, Тунис;
  • ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ, г. Славутич, Украина;
  • ФЕСТИВАЛЬ НОВОЙ МУЗЫКИ ЧИТТА де КАСТЕЛЛО, г. Флоренция, Италия;
  • ОРИЕНТ, г. Таллинн, Эстония;
  • 3-й МЕЖДУНАРОДНЫЙ ФЕСТИВАЛЬ СЕРГЕЯ КУРЕХИНА, г. Санкт-Петербург, Россия;
  • ФОРТЕ, г. Рига, Латвия;
  • СЕРГЕЙ ОСКОЛКОВ И ДРУЗЬЯ, г. Санкт-Петербург, Россия;
  • A CAPELLA, г. Санкт-Петербург, Россия;
  • CHRISTOFER SUMMER FESTIVAL, г. Вильнюс, Литва;
  • MIDEM ASIA 96, г. Гонконг, Китай;
  • MIDEM 95, г. Барселона, Испания;
  • MIDEM 2009, г. Канны, Франция;
  • MIDEM 2010, г. Канны, Франция;
  • SXSW, г. Остин, штат Техас, США;
  • LMW, г. Лондон, Великобритания;
  • PCMC, г. Сидней, Австралия;
  • Фантазия’97. Приз за видеоклип Федора Бондарчука «Дорога в Катманду»;
  • Аниграф’98. «Гран-При» за видеоклип Федора Бондарчука «Дорога в Катманду».

 

ДИСКОГРАФИЯ:


«The Magic Love», 2018

«Воин Духа», 2016

«Пульсар», 2015

«Игра цвета», 2015

«Sky`s  Jump», 2014

«20th anniversary», 2013

«Voice message», 2009

«Дыхание пространства», 2008

«Ангелы в городе», 2008

«Premonitions of shooting star», 2007

«Sound of magic», 2006

«Soul in the arms of God», 2005

«Happy, happy Crazy», 2005

«Весеннее путешествие», 2005

«Место силы», 2003

«Мистерия огня», 2003

«В поисках света» 2001 (2CD)

«Свободный полет», 2000

«Юбилейный», 1998

«Странствия душ», 1998

«К сумеркам времен», Париж 1998

«К началу времен», 1998

«Звезда полынь», 1996

«Вертикальное сечение», 1996

«Сотворение мира», 1996

«Танцующее время», 1996

«Мистерия чаши», 1994

«Голоса», 1993